Интервью Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова для «Общественного телевидения России»
Москва, 24 апреля 2026 года
Вопрос: Замечательные коллеги из Института мировой экономики и международных отношений отмечают юбилей. Возникает вопрос: в какой степени создаваемый ими интеллектуальный продукт, их анализ полезен для практической дипломатии?
С.В.Лавров: Весьма полезен. У нашего Министерства традиционно тесные отношения со всеми российскими научно-исследовательскими институтами, занимающимися внешнеполитической, внешнеэкономической проблематикой. При Министре иностранных дел действует Научный совет, куда входят руководители ведущих институтов и, конечно же, руководители ИМЭМО. Эта традиция началась ещё до меня.
Отношения объясняются, прежде всего, взаимной выгодой. Практическая дипломатия, конечно, должна опираться на традиции. Они у нас богатейшие, начиная с Российской империи. И до этого, со времен Ивана Грозного, Посольского приказа. Но, конечно, практическая дипломатия, будучи весьма заинтересованной в аналитических наработках, самостоятельно, в одиночку с этой работой не справится. Потому что отвлекает повседневная суета, которая, так или иначе, присутствует на международной арене. Чего только стоят сегодняшние события, заставляющие целиком и полностью посвящать всё рабочее время текущим делам, отношениям со странами, которые вовлечены в эти конфликты и т.д.
А у наших коллег из научных институтов всё-таки главная задача – анализировать происходящее. Поэтому мы заинтересованы в их спокойном, не усугублённом и не подорванном текучкой анализе. Они заинтересованы в тех фактических выводах, которые мы можем им передать, опираясь на конкретные ситуации в той или иной части земного шара, где сталкиваются российские интересы. Поэтому для нас это очень важная и большая связка.
Ситуационные анализы, мозговые штурмы, проводимые помимо заседаний Научного совета, позволяют находить весьма интересные решения. Эти ситуационные анализы ввел в практику не кто иной, как Е.М.Примаков, который находясь уже на государственных должностях после того, как он возглавлял ИМЭМО, весьма продуктивно продвигал свои методы. Они до сих пор сохраняют свою актуальность.
Вопрос: Скажите, в нынешнем мире, производящем впечатление сошедшего с ума, наука в силах помочь Вам в практической дипломатии? Она в состоянии освоить сегодняшнее безумие?
С.В.Лавров: Думаю, никто полностью не в состоянии освоить сегодняшнюю ситуацию. Тут в одиночку никто не справится. Ни одна страна, а тем более ни одна часть какого-то государства (в данном случае наука). Но могу подтвердить, что наука действительно помогает нашей работе. Кстати, ИМЭМО, а сейчас мы говорим о юбилее этого великого института, активнейшим образом участвовал в подготовке всех редакций и концепций внешней политики Российской Федерации, начиная с 2000 года. Эта традиция сохраняется. Когда придётся готовить новые дополнительные доктринальные документы, будем рассчитывать на помощь наших коллег из ИМЭМО, как это было с выдающимися представителями этого института – Н.Н.Иноземцевым, А.А.Дынкиным, А.Г.Арбатовым. Это наши заслуженные коллеги и во многом соавторы внешнеполитических доктрин Российской Федерации.
Вопрос: Скажите, если говорить об искусстве российской дипломатии, то не могли бы Вы сказать, что это такое сегодня? Есть же какое-то искусство?
С.В.Лавров: Есть. Во-первых, это записано в доктринальных документах – той же Концепции внешней политики России. Там поставлена задача работать, прежде всего, над отстаиванием наших национальных интересов при уважении интересов других стран, готовых работать на равноправной взаимоуважительной основе, и искать баланс этих интересов, чего категорически не хватает Западу. В особенности сейчас, когда мы наблюдаем, как администрация Президента США Д.Трампа открыто заявляет, что они не хотят знать никакого международного права, что у них есть своя мораль, есть свои инстинкты. Дескать, они будут ими руководствоваться. Это национальные интересы, взаимное уважение, понимание, стремление и способность понять законные подходы твоего партнёра, собеседника и, конечно же, прагматизм.
Дипломатия, как и любая политика – это искусство возможного. Нужно исходить из этого. Президент Российской Федерации В.В.Путин неоднократно, в том числе касаясь украинского кризиса, говорил, что наши задачи поставлены и чётко сформулированы. Мы не раз повторяли, какие цели преследуем в рамках специальной военной операции.
При этом понимаем, что договоренность, которая включает больше одного игрока, так или иначе предполагает компромиссы. Но компромиссы, не затрагивающие коренных интересов безопасности Российской Федерации и интересов русских, русскоязычных – всех тех, кто представляет собой Донбасс, Новороссию, Крым оказавшихся в положении дискриминированных и объявленных террористами после госпереворота в 2014 году.
Дипломатия должна быть принципиальной, понятной с точки зрения целей. Сейчас какие-то деятели Европейского Союза стали говорить: «Давайте мы всё-таки посмотрим. На каком-то этапе, не сейчас, попозже, нам придётся разговаривать с Россией, чтобы прояснить её «красные линии» и показать свои. Это просто несерьёзно. Это никакая не дипломатия, а в известной степени расизм, который предполагает пренебрежительное отношение к партнеру (в данном случае к Российской Федерации). Говорить, что им надо прояснить наши «красные линии», – смешно. Они давно были обозначены. А говорить о том, что Евросоюз в этой ситуации хочет свои «красные линии» нам разъяснить – это вообще неинтересно, потому что Евросоюз являлся активным участником договоренностей об урегулировании «майданного кризиса» на Украине в феврале 2014 г. Германия, Франция и Польша гарантировали договорённость. На них наплевали те, кто сделал госпереворот. Они «умылись».
Евросоюз был также активнейшим участником со своими «красными линиями» Минских договоренностей февраля 2015 года, одобренных Советом Безопасности ООН. Потом уже сам Евросоюз устами бывшего канцлера ФРГ А.Меркель и экс-президент Франции Ф.Олланда при поддержке П.А.Порошенко, которые втроем вместе с Президентом России подписывали эти Минские договоренности, заявили, что ничего они не хотели выполнять. Они заявили, что они нам врали и что нужно было обдурить Россию. Именно это они имели ввиду, чтобы выиграть время для накачки Украины вооружениями.
Поэтому никаких «красных линий», никаких разъяснений от нас Евросоюзу не надо. Те, кто умеет слышать и слушать, давно должны были понять. Если речь идет о том, что какие-то представители элит продвигают свои совершенно корыстные, нереалистичные, иллюзорные цели, Бог им судья. История их научит чуть попозже.
Задача дипломатии – отстаивать национальные интересы при уважении интересов достойных, порядочных партнёров. Знаете, если перейти немного в сферу юмора, помните, была серия анекдотов про армянское радио в Советском Союзе. Армянское радио спросили: «что такое дипломатия?». Они ответили, что есть несколько вариантов, но самый приличный: дипломатия – это искусство послать человека по адресу, но сделать это так, чтобы он предвкушал путешествие.
Это тоже можно занести в арсенал методов дипломатии. Ничего необычного здесь нет.
Вопрос: Всем страшно интересно. Переговоры же происходят за закрытыми дверями. Как осуществляется этот процесс? В чём состоит искусство проникнуть в партнера, разобраться в нём? Чего от него ожидать? Раскройте маленькие тайны.
С.В.Лавров: Тут нет какого-то общего правила. Каждые переговоры индивидуальны и во многом если не в решающей степени зависят от личностей участников переговоров. От того, насколько эрудированы эти люди, насколько они обладают качествами, которые мы особо ценим в российской дипломатической службе: прекрасное знание иностранных языков, истории, тех регионов мира, тех стран, которыми ты занимаешься и в данной ситуации обсуждаешь.
У американских переговорщиков, как правило, эти качества необязательны. У нас было страноведение, когда человека в дипломатии воспитывали через глубокое погружение в страну, историю, культуру, регион, которым этот человек будет заниматься на дипломатической службе. У нас человек едет на заграничную работу (в среднем 5 лет). Это позволяет освоиться, войти в курс дела и выдавать продукцию какой-то продолжительный период в виде рекомендаций и идей. У американцев все по-другому, 2-3 года и человека меняют. Его могут из Индонезии перевезти в Конго, потом в Гватемалу и т.д. Это их традиция, черта дипломатической службы. Мы к ним относимся с уважением. Но для продуктивных переговоров, конечно же, важно понимать предмет, особенно когда обсуждаются такие глубинные проблемы, имеющие десятилетнюю (а то и столетнюю) историю. На Ближнем Востоке подход «рубить с плеча» в духе: «Я тут предложил – давайте соглашайтесь, пока не поздно» – никогда не сработает.
Сейчас все хотят решения ООН по Палестине просто предать забвению, забыть про создание Палестинского государства. Это может сработать силовыми методами, как мы это наблюдаем в секторе Газа и на западном берегу р. Иордан. Это на какое-то время загонит проблему вглубь, но она никуда не денется. Всё равно взорвется. В очередной раз это будет «мина замедленного действия». Потому что несправедливость по отношению к палестинцам, к многочисленным решениям ООН о необходимости создания двух государств. Из этих решений выполнена только половина. Эта несправедливость широко ощущается в арабском мире, особенно на «арабской улице».
Точно так же невозможно заниматься решением проблем, которые у кого-то возникают в отношениях с Исламской республикой Иран без погружения в историю этой одной из древнейших цивилизаций. Без понимания того, что у многих народов есть такая черта, как национальная гордость, которой они не готовы поступаться в обмен на любые обещанные материальные блага.
Поэтому от многих факторов зависит успех переговоров, но среди прочего, помимо понимания исторических первопричин той или иной конфликтной ситуации, личная химия играет значительную роль.
И мне она помогала. Если говорить о моем опыте, то наиболее ярко это проявлялось в моих отношениях с Дж.Керри, когда он был Государственным секретарем США, и когда нам довелось работать вместе. Кстати, одной из первых тем была украинская проблема. В феврале 2014 г. путчисты пришли к власти, растоптав подписанные тогдашним Президентом В.Ф.Януковичем и оппозицией при посреднических гарантиях Европейского союза соглашения. Потом состоялся референдум в Крыму, жители которого, равно как и жители Донбасса, отказались существовать под нелегитимной властью, тем более под властью, которая объявила о своих намерениях отменить статус русского языка, объявив жителей полуострова террористами и направила боевиков штурмовать здание Верховного Совета Крыма. Уже тогда это всё было.
Где-то через месяц, в апреле 2014 г. (после той даты, которую мы отмечаем в эти мартовские дни) по предложению Дж.Керри мы собрались в Женеве. Дж.Керри, ваш покорный слуга, верховный представитель ЕС по иностранным делам и политики безопасности К.Эштон и врио главы внешнеполитического ведомства Украины под руководством путчистов А.Б.Дещица (он куда-то потом уехал послом). Мы сидели вчетвером, работали. Была нормальная, рабочая атмосфера. Казалось, что все заинтересованы в том, чтобы как-то эту ситуацию «спрямить» и не позволить ей деградировать окончательно в горячий кровавый кризис. Тогда был разработан проект на полутора страницах. В нём были зафиксированы «вещи», которые в той ситуации могли бы решить проблему. Главное, что в этом проекте было признание прав всех регионов, всех областей Украины на то, чтобы формировать федеративное государство, признание прав регионов вносить вклад в жизнь Украины, в определение пути ее развития. И как средство движения к этой цели была согласована концепция федерализации. Кто знает, если бы эта бумага была в конечном итоге одобрена и легла бы в основу практических действий, может быть, многих проблем можно было бы избежать.
Но вы помните, что П.А.Порошенко, который, как и В.А.Зеленский, кстати говоря, пришел к власти под лозунгами миротворца, под лозунгами прекращения войны и уважения прав всех жителей Украины, включая русских, в итоге вынужден был (не знаю, заставили его или он сам вынашивал такую мысль исподволь) заявить, что ни о какой федерализации речи быть не может. С тех пор и он, а за ним и В.А.Зеленский, с пеной у рта отстаивают унитарность государственного устройства Украины, которая, в их исполнении, преломляется просто в нацистский режим, единственный в мире запретивший целый язык на своей территории во всех областях жизни и деятельности государства, не говоря уже про Каноническую Украинскую православную церковь.
Но договорённость была достигнута. Её потом стали докладывать руководителям. Наверное, украинские нацисты, захватившие власть, категорически отказались от этого практически согласованного текста. Точно так же, как они сорвали тоже уже достигнутую договорённость после нескольких раундов переговоров в Белоруссии и в Стамбуле. Это уже не мой опыт, это опыт наших современных переговорщиков во главе с В.Р.Мединским. Была достигнута принципиальная договорённость по документу, представленному украинцами, в котором были не односторонние, как сейчас пытаются навязать европейцы, а коллективные гарантии безопасности и Украине, и России. Там же были гарантии того, что Украина никогда не будет блоковой страной. Гарантии русского языка тоже были. Но, видите ли, им запретили принимать этот документ. Так что нередки случаи, когда хороший, оформленный подход к той или иной критической ситуации, политики из своих корыстных сиюминутных побуждений потом рушат.
С Дж.Керри есть ещё один хороший пример, даже более «продвинутый». Когда в 2013 г. началась сирийская «история», Б.Обама, в то время Президент США, хотел начать войну против Сирии, обвинив её в том, что она скрывает свою химическую программу. Мы с Дж.Керри потратили немало часов, Президент России В.В.Путин общался с Президентом США Б.Обамой на мероприятии в Санкт-Петербурге, по-моему, это была «двадцатка». Там договорились, что Россия сделает всё, чтобы ни у кого не было сомнений в отсутствии химического оружия у Сирии. Мы убедили сирийских коллег, чтобы они официально отказались и внесли свои позиции в Организацию по запрещению химического оружия. Мы с Дж.Керри отработали резолюцию Совета Безопасности ООН, которая всё это закрепила. Но сейчас ОЗХО, получившая, кстати, за тот эпизод в 2013 году Нобелевскую премию мира, на всё это наплевала и опять обвиняет сирийцев, ещё прежний режим Б.Асада, в том, что они обманывают. Зачем это нужно – я не знаю. Извините за такие долгие примеры. Я веду к тому, что есть такой фактор, как личные отношения. У меня с Дж.Керри были добрые отношения, мы общались огромное количество раз каждый год. Это помогало договариваться, но далеко не всегда эти договоренности затем удавалось реализовать. Даже когда их одобряла резолюция СБ ООН.
Вопрос: Очень интересная история. Позвольте последний вопрос, который явно волнует наших зрителей. То, что сейчас происходит в мире, как Вам кажется, это что-то, что когда-то уже происходило? Мы просто развиваемся по спирали, как говорил К.Маркс, и время от времени сталкиваемся с таким безумием, или это что-то новое «обвалилось» на нас?
С.В.Лавров: История развивается по спирали. Другой оценочный момент – это то, что история, как говорят, повторяется в виде фарса. Можно по-разному относиться к тому, что она повторяется. Но нынешняя ситуация – это серьезно, и далеко не фарс. При всех внешних проявлениях фарса (а они присутствуют, думаю, что многие это понимают) последствия того, что делают наши американские коллеги, в данном случае совместно с израильтянами, – тяжелейшие. Они будут «аукаться» ещё очень долго.
В целом мы видим этап нашей истории, который по спирали, но возвращает нас назад к миру, где не было ничего. Никакого международного права, ни Версальской системы, ни Ялтинской системы – ничего. Где «might is right», сила – это правда. А у нас, как вы знаете по выражению известного героя известного фильма «не в силе Бог, а в правде».
Посмотрите, что сейчас происходит. Соединенные Штаты официально заявили, что им никто не указ. Они заботятся только о своем благополучии. Это благополучие они готовы отстаивать любыми способами – госпереворотами, похищениями или убийствами руководителей тех стран, у которых есть нужные американцам природные ресурсы. Венесуэла, Иран – наши американские коллеги не скрывают, что это нефть. У них доктрина доминирования на мировых энергетических рынках. Под санкции попали ПАО «Лукойл», ГК «Роснефть». Это уже первые крупные санкции администрации Д.Трампа, а не байденовское наследие.
Европу они «обрезали» категорически. Ещё давно, когда «Северные потоки» строились, американцы выступали за то, чтобы Европа от них отказалась. Сейчас получилось так, что Европе отказали в «Северных потоках». Германия была унижена. Все это понимают. Какой результат? Сейчас венгры со словаками бьются из последних сил, защищая свои интересы в том, чтобы сохранять дешевые, доступные энергоносители как движитель своей экономики. А им говорят – нет, покупайте в два раза дороже, потому что надо «наказать» Россию. Это не подход к международным отношениям. Это – попытка вернуть колониальную эпоху. Европа всем этим сейчас и занимается, заставляя Венгрию, Словакию и любых других «диссидентов» просто слушаться тех, кто командует в Брюсселе, не будучи ни разу никем никуда избранным, в отличие от национальных правительств.
Европа, 500 лет руководившая всем миром и в эпоху колониализма, в эпоху рабовладельчества, пытается и сейчас закрепить неоколониализм в мире. Она по-прежнему хочет жить за счет других и всем всё диктовать. Высокомерие, презрение ко всем остальным, оно просто, извините, «прёт» из нынешних европейских политиков, когда они начинают заниматься нравоучениями. Соединенные Штаты приветствовали и приветствуют то, что Россию маргинализируют на европейских энергетических рынках. В Сербии вытесняют. Это уже американцы свой вклад вносят. Дж.Байден начал, а Д.Трамп заканчивает. Это открытая претензия на энергетическое доминирование во всём мире, во всех регионах.
Когда наши американские коллеги нам говорят: давайте Украину сейчас урегулируем (причем мы к этому были готовы ещё на Аляске, теперь они начинают «колебаться»), посмотрите ещё, где можно сделать уступки, и потом у нас с вами откроются огромные экономические перспективы. Параллельно происходит то, что я сейчас вам описал. Нас вытесняют со всех энергетических мировых рынков. Потом останется только наша собственная территория. Американцы к нам придут и скажут, что они за сотрудничество с нами. Но если мы готовы на нашей территории осуществлять взаимовыгодные проекты и предоставлять американцам то, что их интересует, с учетом и наших интересов, то и наши интересы должны учитываться. Пока мы этого не видим. За пределами российских богатств тоже должны уважать. Это необычная ситуация – возвращение к тому, когда не было никаких рамок международных отношений. Было сказано прямо – интересы Соединенных Штатов превалируют над любыми международными договоренностями.
Вопрос: Это какое-то поколение, которое уйдет? Или это уже будет какая-то грань?
С.В.Лавров: Я не астролог и не гадалка. Многое зависит от личных черт тех, кто приходит к власти, и от того, насколько избранные руководители поддерживаются своими избирателями на протяжении всего срока своего правления.
Вопрос: Российская дипломатия когда-то была ориентирована как главный партнер Европы, потом Соединенные Штаты. А сейчас?
С.В.Лавров: Ещё со времен Российской империи у нас было осознание, что у России есть только два союзника – армия и флот. Сейчас это ещё и воздушно-космические силы (мы не можем их игнорировать). Ещё у нас есть и новые войска беспилотных летательных аппаратов. Так что наших союзников будет больше.
Главный вывод из нашей тысячелетней истории заключается в том, что «на Бога надейся, а сам не плошай». И это очень важно. Конечно, нужно опираться на союзников, на единомышленников. Нужно помогать им, с благодарностью воспринимать поддержку, которую они тебе оказывают. С теми, кто не единожды обманул, тоже надо отношения выстраивать, по-библейски, исходя из того, что это не те люди, которым можно доверять.
Президент России не раз говорил – слабых бьют. Вот и всё, собственно говоря. Надо быть сильными. Россия – очень сильная страна. Сильная духом. Сильнейшая страна по своим природным ресурсам, по своему научному потенциалу. Надо только суметь всё это перевести в технологии, которые сегодня были бы на самом высоком уровне. Как сказал наш Президент – кто будет лидером в сфере искусственного интеллекта, тот будет лидером в мире. Хотим, чтобы наша дипломатия помогала создавать условия для достижения именно таких, обозначенных Президентом России В.В.Путиным, результатов.
