Украина.ру

Запад признал Крым российским? Но есть один нюанс

17 июня 2026 года

Никита Волкович

На следующий день после публикации решения Арбитража в Гааге по спору России и Украины в сфере морского права, заместитель председателя Совета Безопасности России Дмитрий Медведев написал в своём канале в мессенджере Max — цитату тут же подхватили СМИ и блогосфера — что "международный суд впервые признал суверенитет нашей страны в новых границах".

Дальше полетел снежный ком: в воображении некоторых горячих голов уже чуть ли не весь западный мир бросился к картам перерисовывать административные границы РФ.

Однако, как в известном анекдоте про Петьку и Василия Иваныча, есть один нюанс. Решение, о котором речь, — финальный акт десятилетнего разбирательства Украины против России в Постоянной палате третейского суда в Гааге, основанной Гаагской конвенцией 1899 года и остающейся старейшей в мире площадкой для споров между государствами. Дело № 2017-06, "Спор о правах прибрежного государства в Чёрном море, Азовском море и Керченском проливе": арбитры вынесли решение 22 мая 2026 года, опубликовали — после трёх недель, отведённых сторонам на споры о грифе секретности отдельных его фрагментов, — 15 июня. Итоговый опубликованный текст включает 1281 пункт..

Между постом на пару строк и документом в сотни страниц и разворачивается весь нынешний информационный цирк: одни кричат про "признание Крыма", другие — про "провал международного правосудия", и обе стороны при этом цитируют один и тот же текст. Но давайте же всё-таки прочитаем этот документ целиком и разложим, что Гаага реально написала, что из этого Россия реально получила — а получила она немало, и это интереснее, чем шапка про признание, — и почему к международному статусу Крыма это решение не имеет никакого отношения.

Суть спора: что требовала Украина

Иск был подан 16 сентября 2016 года на основании Конвенции ООН по морскому праву 1982 года UNCLOS. Сама конвенция не предусматривает постоянного суда — споры по ней решает разовый арбитраж, формируемый по Приложению VII. Постоянная палата третейского суда в Гааге в таких делах не голосует, а лишь технически администрирует процесс.

В трибунал вошли пять арбитров: судья Джин Хён Пэк (Южная Корея, председатель), судья Буалем Бугетайя (Алжир), судья Алонсо Гомес-Робледо (Мексика), профессор Вон Лоу (Великобритания, кандидатура Украины) и профессор Александр Вылегжанин (Россия) — причём Вылегжанин занял место не с самого начала: первый российский арбитр, Владимир Голицын, в прошлом председатель Международного трибунала по морскому праву, умер в марте 2023 года прямо по ходу дела; замену утвердили два месяца спустя. У этого процесса хватило терпения пережить одного из своих судей.

Киев утверждал: установив после 2014 года контроль над Крымом, Россия стала вести себя в прилегающих водах как единоличный хозяин, и это нарушает права Украины как прибрежного государства. Конкретно: официальный Киев требовал признать незаконными Крымский мост через Керченский пролив, а вместе с ним — подводные энергокабели и газопровод, прекратить досмотры торговых судов российскими погранслужбами в проливе и выплатить компенсацию — в материалах дела суммы фигурировали в миллиардах долларов — за потери портов Мариуполя и Бердянска и за добычу Россией рыбных и углеводородных ресурсов в водах у Крыма.

Москва защищалась на двух фронтах: во-первых, что трибуналу не положено в принципе влезать в спор, корень которого — вопрос суверенитета над Крымом, лежащий вне его мандата; во-вторых, что меры в проливе — законное обеспечение безопасности судоходства и инфраструктуры на территории, которую Россия фактически контролирует.

Что реально написал трибунал

Если в сухом остатке, то Россия выиграла почти всё по существу — но перед этим проиграла спор о том, имеет ли трибунал право её судить вообще.

Все три общих юрисдикционных возражения Москвы — что Азовское море и Керченский пролив исторически закрытый залив вне действия конвенции; что это в принципе внутренние воды, к которым UNCLOS неприменим; что после присоединения новых регионов в 2022 году Украина утратила статус прибрежного государства, а с ним и трибунал — полномочия, — были отклонены единогласно. Трибунал, который Москва годами убеждала, что не имеет права её судить, в итоге объявил, что право это он имеет и что правом этим он воспользуется.

Казалось бы, начало не очень радужное, Киев радостно потирает руки, но дальше, как в сильном юридическом триллере, когда дело дошло до рассмотрения спора по существу, ситуация развернулась так, что Киеву в самую пору вопить о "зраде".

Требование снести Крымский мост — отклонено. Требование прекратить досмотры судов в проливе — отклонено. Трибунал установил, что статьи конвенции о транзитном проходе через международные проливы попросту неприменимы к Керченскому проливу, поскольку это не международный пролив, а внутренние воды.

Но есть нюанс, который выпадает из большинства пересказов: суд постановил, что Керченский пролив — это внутренние воды двух государств — наследников СССР, как то фиксировал двусторонний договор 2003 года, который, к слову, обе стороны денонсировали в 2023-м. При этом суд проигнорировал денонсирование этого договора, отталкиваясь от положения дел по состоянию на 2016 год.

Требования о компенсации за порты Мариуполя и Бердянска — отклонены. Претензии по четырём эпизодам с подводным культурным наследием — византийскому кораблю, обломку терракотовой скульптуры и двум американским самолётам ленд-лиза времён войны — отклонены за недостатком доказательств.

Утечка нефти у Севастополя признана слишком незначительной, чтобы порождать обязательства по конвенции. Денег Украине не присудили вообще. Как итог, судебные расходы стороны разделили пополам.

Единственное, что осталось у Киева, — экологический блок. Трибунал единогласно постановил: Россия нарушила статьи 206 и 205 конвенции, проводя оценку воздействия на окружающую среду при строительстве не только моста, но и энергокабелей, и газопровода. Проблема в том, что экспертиза не охватывала достаточный период, не имела представительных исходных данных, а её результаты Россия так и не опубликовала и не направила в профильные международные организации, как того требует конвенция. Отсюда же вытекло и нарушение обязанности прибрежных государств полузамкнутого моря сотрудничать друг с другом — которого, отметил трибунал, не было ни с одной стороны.

Однако и тут никакого разгрома не последовало — скорее бумажная формальность, подсластить другой стороне пилюлю. Юридическим инструментом, которым оформили это нарушение, выступила доктрина "декларативного удовлетворения": сам факт фиксации нарушения в тексте решения трибунал счёл достаточным. То есть никакого основания сносить мост нет, даже требовать гарантий неповторения или платить репарации Киеву суд не стал. Буквально погрозили пальцем и сказали "ай-яй-яй, поторопились".

А Крым-то чей?

Самый смелый тезис из тех, что гуляют по эфирам, — что Гаага совершила своего рода ad hoc-признание, то есть признание, действующее только для этого конкретного случая российских прав на Крым. И, мне кажется, с такой вольной трактовки исходного поста Дмитрия Медведева пошла гулять по рунету сумятица.

Суд физически не может "признавать" государства или границы — это не его работа. Признание, в любой форме — де-юре, де-факто, ad hoc, — исключительно суверенный политический акт, который совершают государства, а не институты по разрешению межгосударственных споров о толковании конкретной конвенции. Полномочий объявлять, кому принадлежит суша, у арбитража по морскому праву нет в принципе, и трибунал в разных пунктах решения сам это неоднократно подчёркивал.

Второе — и никакого специального "права эффективного контроля", позволяющего судить государство без признания его прав, трибунал не изобретал: обязанность государства следить за экологическими последствиями своей деятельности конвенция и так привязывает не к титулу на территорию, а к тому, кто на ней фактически распоряжается, — статья 206 буквально говорит о деятельности "под юрисдикцией или контролем" государства.

Требования, неотделимые от вопроса "чей Крым?", прежде всего по вопросам добычи нефти, газа и рыбных ресурсов в водах, права на которые по конвенции принадлежат прибрежному государству самого Крыма, то есть требующие сперва ответить, чьё это побережье, — признали вне юрисдикции трибунала и выбросили из дела на берегу, за шесть лет до нынешнего решения.

А то, что осталось — Азов, Керченский пролив, мост, экология, — трибунал смог рассмотреть именно потому, что нашёл маршрут, не требующий ответа на вопрос о суверенитете: статус внутренних вод, унаследованный, как было решено, двумя государствами-преемниками СССР совместно и актуальный на 2016 год. Вопрос о Крыме как таковом решение 2026 года просто не открывало — его закрыли раньше и по другой процедуре.

Третье: даже там, где трибунал признал воды внутренними, он не признал их прямо российскими внутренними водами — такой формулировки в документе просто нет. Это, кстати, стало поводом для криков о "перемоге": МИД Украины констатировал, что Азовское море "не стало российским озером" и что Киев "остаётся прибрежным государством". Формально Киев тут не врёт, просто пытается выдать за победу, то, что стало внутренним инструментом самого суда для решения вопроса. А то, что Киев остался без денег, портов и с огромным мостом через пролив — украинцы предпочли проигнорировать.

Реальный масштаб победы

Что у нас остается по факту, без пропагандистских надстроек. Россия получила: мост стоит, инфраструктура не тронута, ни копейки репараций, статус-кво по досмотрам в проливе сохранён — причём не как уступка перед силой, а как результат юридического анализа трибунала, который сам же отверг все попытки Москвы оспорить его право этот анализ проводить. Это весомее, чем звучит: разница между "нас не смогли судить" и "нас судили — и встали на нашу сторону" и есть реальная победа.

Чего Россия не могла получить — признания суверенитета над Крымом, потому что этот вопрос трибунал не рассматривал ни в 2020-м, ни в 2026-м и юридически не мог. Зафиксированное нарушение по экологической экспертизе — реальное, единогласное, но по сути своей беззубое: просто зафиксировали нарушения без реальных последствий. Поэтому фраза про "признание суверенитета в новых границах" — это частная интерпретация, растиражированная в СМИ и соцсетях. Реального сдвига в позиции Запада или ООН по статусу Крыма 15–16 июня 2026 года не случилось. Случилась тихая, скучная и изящная юридическая работа — производственный триллер для ценителей жанра, но точно не грандиозный летний блокбастер с лихо закрученным сюжетом и финалом, в котором злодей резко становится хорошим парнем.

А с другой стороны, дорогой читатель, что в действительности изменится от того, признает Гаага законный статус Крыма или нет? Вопрос риторический.

https://ukraina.ru/20260617/zapad-prizn … 96135.html

Трамп во время встречи с премьером Индии Моди в своём стиле высказался об индийском лидере:

"Он самый красивый мужчина. Он выглядит так хорошо, — как ангел.

Но на самом деле он такой жёсткий, как убийца, — он убийца.

Но он так хорошо выглядит, что застает тебя врасплох..."

…. мда …. фляга я дядьки в натуре свистит

CNN опубликовал проект меморандума из 14 пунктов между США и Ираном:

1. США и Иран объявляют о немедленном и окончательном прекращении боевых действий на всех фронтах, включая Ливан, обязуются не вести войн друг против друга, не угрожать силой и уважать суверенитет и территориальную целостность Ливана.

2. Стороны обязуются уважать суверенитет и территориальную целостность друг друга и не вмешиваться во внутренние дела.

3. В течение максимум 60 дней стороны должны согласовать окончательное соглашение с возможностью продления срока по взаимному согласию.

4. США начинают снятие морской блокады Ирана сразу после подписания меморандума и полностью завершают этот процесс в течение 30 дней. После заключения окончательного соглашения американские войска должны быть выведены из непосредственной близости от Ирана в течение 30 дней.

5. Иран обязуется обеспечить безопасный и бесплатный проход коммерческих судов между Персидским и Оманским заливами, немедленно возобновить судоходство и завершить разминирование за 30 дней. Будущий режим управления Ормузским проливом будет обсуждаться с Оманом и другими прибрежными государствами.

6. США и региональные партнёры обязуются подготовить план восстановления и экономического развития Ирана объёмом не менее 300 млрд долларов.

7. США обязуются по согласованному графику отменить все санкции против Ирана, включая санкции ООН, МАГАТЭ и односторонние американские ограничения.

8. Иран подтверждает отказ от разработки и приобретения ядерного оружия. Судьба накопленного обогащённого урана, а также вопросы дальнейшего обогащения будут определены в рамках отдельного механизма под контролем МАГАТЭ.

9. До подписания окончательного соглашения сохраняется статус-кво: Иран не расширяет ядерную программу, а США не вводят новые санкции и не наращивают военное присутствие в регионе.

10. Сразу после подписания меморандума США начинают выдавать разрешения на экспорт иранской нефти, нефтепродуктов и сопутствующие финансовые, страховые и транспортные операции.

11. США обязуются разблокировать иранские активы и обеспечить доступ к замороженным средствам. Порядок их использования будет согласован на переговорах.

12. Стороны создают механизм контроля за выполнением меморандума и будущего окончательного соглашения.

13. После начала реализации пунктов о прекращении войны, снятии блокады, открытии судоходства, нефтяном экспорте и разблокировке активов стороны приступят к переговорам по остальным положениям окончательного соглашения.

14. Окончательное соглашение должно быть утверждено обязательной резолюцией Совета Безопасности ООН.

А как же. Когда возразить нечем, не хватает доводов, мыслей и т.п. включается режим типа

В современное оружие ставятся современные ударные взрыватели, выполняющие те же функции, что и "древние" ударные взрыватели.  Ессно, конструктивно они отличаются, но потребные задачи выполняют. Вы как то странно рассматриваете проблему: если ударный, так почему то древнего образца. Посмотрите сами номенклатуру взрывателей для Искандера.

Ваше мнение не истина в последней инстанции. Конструкторы Искандера считают иначе

А военные обязаны знать, какие именно цели собираются поражать и какие технические средства потребны. Соответственно и требовать от производственников необходимое, какие нужны взрыватели, такие и обязаны устанавливать на заводе.
С учетом сотен применяемых гераней в сутки, расход мизерный.

О как, неожиданно. Оказывается, крупнокалиберные пулеметы вполне себе в состоянии решать вопросы ПВО против БПЛА. ЧТД. А как Вы возражали/упирались.
И без разницы, стационарные они или на МОГ.
Что же касаемо гипотетической возможности попадания пули/малокалиберного снаряда по мирняку, так это решается путем самоподрыва через, допустим, 1 сек после выстрела.

Отредактировано Victor72 (Вчера 00:21:23)

Сначала тут заясняют, что нельзя ФАБом 3000 уничтожить мосты и переправы. Потом идет новостной пост. Классика местного форума.

А я вам что, нанялся по сто раз шлепать на клаве одно и то же?
Я же не виноват, что вы не читатель.

Если у вас есть доступ к такой информации - то плиз, в студию! Заодно расскажите, где находится этот самый взрыватель. Из номенклатуры. А то я на чертежах в открытой печати не нашел.

Конструкторы Искандера со мной на одном факультете учились. А пара мужиков из этой команды на одной кафедре. Не думаю, что у нас были разные методики обучения. А с Непобедимым я был достаточно хорошо знаком лично.

Да-да, конечно. Заранее, и при этом лет за пятнадцать до начала войны.

Так я же вам об этой БЧ уже пятый день толдлню! Мужики (по заказу вояк! между прочим) несколько лет трахались, чтобы обеспечить подрыв на высоте нескольких метров над позициями (при таких скоростях это нетривиальная задача), а вы их все на землю тянете... Вы в курсе, что при наземном подрыве (ударном взрывателе) больше половины энергии взрыва уходит в задницу, пардон, в землю и радиус поражения в разы меньше? Зачем военным такая хрень?

Сегодня взрыватели ударного типа вообще стараются не использовать в высокоточных изделиях. Ну окромя кумулятивных, там иначе не получится. Ударный взрыватель вообще штука ненадежная. В простом дешевом снаряде пофих - не взорвался и ладно, небольшие потери. А в высокоточке стоящей сотни тысбаксов? А если рикошет, а если траектория скользящая, а если преграда слишком мягкая и силы удара для подрыва недостаточна? И сотни тысяч в оппу... на радость диванным всезнающим воякам...

В состоянии, они для этого и создавались. И я никогда этого не отрицал.
Вот только применять их надо в нужном месте и с умом. На ЛБС они вполне оправданы. Но натыркивать в плотной городской застройке - идиотизм. Как и гоняться с пулеметами за каждым БРЛА. И об  этом я уже неоднократно писал. Но вы же опять же не читатель...

Интересно, а сколько будет стоить пуля с самоподрывом? У вас не хватает ума об этом подумать? Случайно не дороже ли, чем вся пулеметная лента?

А что, конструкция уже роли не играет? Совсем? Только расстояние? Ну-ну

Все, надоело. Раз начались пули с самоподрывом, больше на ваши бредни не отвечаю.
А то вы до Кашенко доведете.

https://vk.ru/wall-950403_13786