https://aftershock.news/?q=node/1637578
Нежизнеспособное государство Европы
Дмитрий Орлов
26 июля 2026
Какая самая большая страна Европы? Если вы сказали «Франция» или «Германия», то вы ошиблись. Видите ли, термин «Европа» — это географическое обозначение, а не политическое, и Европа соединяется с Азией у Уральских гор в России. Бóльшая часть территории России находится в Азии, а не в Европе, но только европейская часть России составляет около четырех миллионов квадратных километров, оставляя Францию, самую большую страну в Западной Европе, с площадью всего в 544 тысячи квадратных километров, далеко позади. Это даже не вторая по величине страна в Европе, поскольку это бывшая Украина с площадью 603 549 км². Но подождите, разве бывшая Украина не уменьшилась немного за последнее десятилетие? Ах да, без Крыма, Донецка, Луганска, Запорожья и Херсона сейчас это всего лишь около 450 111 квадратных километров, что значительно уступает Франции. Поздравляем тебя, Франция! Ты сейчас вторая по величине страна в Европе (после России). Между тем, бывшая Украина стала меньше не только Франции, но и Испании (505 990 км2).
Когда территория страны сокращается на четверть, это достаточно весомый показатель ее внутреннего развала, но не единственный. Есть еще население и экономика. Что касается населения, то оно вымерло с 52 миллионов человек в момент обретения независимости в 1991 году до где-то от 28 до 31 миллиона сегодня, включая 6 миллионов внутренне перемещенных лиц, хотя по некоторым оценкам эта цифра составляет всего лишь 20 миллионов, поскольку статистика украинского правительства неточно фиксирует количество украинцев, в любой момент времени проживающих за границей. Это делает бывшую Украину абсолютным победителем в категории демографического спада в современной истории с потерей населения на целых 45% с пика, а Болгария (минус 28%) и страны Балтии (около минус 25%) заслужили серебро и бронзу.
Вот и все о демографии; а как насчёт экономики? Если вычесть искусственный экономический спрос, созданный международными грантами, размер реальной, с поправкой на инфляцию, экономики бывшей Украины фактически сократился вдвое с 1991 года. Украина занимает 130-е место в мире по номинальному ВВП на душу населения и находится в самом низу Европы по всем основным показателям благосостояния.
Но это было до закрытия украинских портов на Черном море, случившегося за последние две недели в результате ответной реакции России на нападения Украины на российские суда и порты. На морские порты приходилось 90% экспорта основных товаров Украины, таких как зерно, растительное масло и железная руда. Потеря портов лишила бывшую Украину экспортных доходов примерно на 1 миллиарда долларов США в месяц. В то же время потеря импорта промышленных товаров и потребительских товаров (которые Украина больше не может производить) приводит к дефициту товаров потребления и росту инфляции. Дальнейшее существование украинского государства теперь полностью зависит от продолжения иностранной помощи. В свою очередь, фактическая финансовая и гуманитарная помощь, направленная на поддержание бюджета украинского государства на плаву, упала до менее чем одной пятой от среднего показателя 2025 года. Бóльшая часть этой помощи между тем финансировалась за счёт процентов, полученных от замороженных фондов российского центрального банка – действие, которое в глазах большей части мира приравнивается к воровству.
Такая официальная, публичная, количественная информация имеет определенное успокаивающее качество; она говорит нам, как выглядит коллапс, но не позволяет нам испытать, как он ощущается внутри. Не стоит спрашивать, что движет интересом к таким вещам — возможно, тяга ко всякой жути или извращённое желание словить некий опосредованный кайф от несчастий других посредством мысленного самобичевания? Я был бы рад оставить такие вопросы в качестве упражнения для читателя, но не замешан ли читатель каким-то образом в разворачивающейся на наших глазах гуманитарной катастрофе имя которой "Украина"? В конце концов, не является ли читатель частью некоего номинально демократического государства, как к востоку, так и к западу, которое своими действиями и (или) бездействием превратило Украину в ту катастрофу, которой она является сейчас? И, возможно, для читателя было бы душеспасительным упражнением выработать какую-нибудь более продуманную реакцию, чем просто «Упс!»?
Украина получила пресловутое «кидалово» как с востока, так и с запада. С востока сочетание предателя Горбачева и пьяного президента Ельцина пустило Украину по течению во враждебных водах, а затем долго игнорировало её, борясь с собственной «русской мафией», которая настолько вышла из-под контроля, что в какой-то момент Соединенные Штаты объявили ее угрозой своей национальной безопасности. Тем временем с запада звучала нескончаемая сладкозвучная песня: "Вы можете присоединиться к нам! Вы можете вступить в НАТО! Вы можете вступить в ЕС!" Либо это была ложь, либо Европейский Союз еще недостаточно украинизировался и, возможно, ему тоже следует ожидать потери территории, потери населения и экономического коллапса.
И последнее, но не менее важное «кидалово»: у Украины уже было своё полностью прогнившее ядро: первоначально небольшое количество политических оппортунистов, думавших, что они смогут заполучить себе власть, заявляя, что «Украина — не Россия». Нет, конечно, Украина — просто кучка людей, которые говорят по-русски, являются православными, читают русские книги и поют русские песни, имеют много русских родственников и друзей, генетически неотличимы от русских и в целом являются (являлись) неотъемлемой частью самой большой страны Европы.
Но они нерусские, понимаешь? ОК, только если объявить их нерусскими, то от них останутся лишь деревенские диалекты (из которых лингвистами-любителями был состряпан фальшивый национальный язык), вышиванки, народные песни и пляски и бесконечные споры о том, отличается ли украинский борщ от русского. Все это может показаться довольно незначительным, если бы не потеря идентичности. «Нерусский» не является психологически здоровой идентичностью, потому что психологически здоровая идентичность не может быть получена путем отрицания. И что делает это серьезной проблемой, так это то, что потеря идентичности психологически очень вредна как для отдельных людей, так и для целых стран. Лишенные своей нормальной, здоровой, органической идентичности, люди склонны галлюцинировать ненормальную, нездоровую, болезненную личность. Следующий отрывок «с поля» должен дать вам представление о том, как это выглядит.
Вот вам головоломка: украинские солдаты сражаются до последнего и почти никогда не сдаются. Однако они не могут контратаковать. Для контратаки там есть нацисты и всякие частные военные компании. Но стойкость в обороне украинских «бусифицированных» просто поразительна! Как такое может быть? Украинских граждан хватают на улицах, жестоко избивают, обращаются с ними как с биологическим мусором, дают оружие и мгновенно превращают в стойких оловянных солдатиков. Они встречают смерть невозмутимо, и никто из них никогда и не помышляет об убийстве своих мучителей. Тэцэкашники их избили, может быть даже сломали несколько рёбер, а через неделю весёлый новобранец весело рапортует из какого-то окопа на передовой, что доблестно отражает агрессию. И это достаточно частое явление. Что-то тут не так!
Украинские солдаты асоциальны. Они ненавидят своих офицеров, друг друга и русских, и если однополчанин погибает, то это рассматривается, как его личная проблема. Трупы никто не собирает, потому что они не имеют значения. Засорять ими ландшафт считается вполне допустимо. Максимум, что кто-то сделает, это вытащит труп из окопа и бросит в кусты, чтобы освободить место. Многие из тех, кто сбежал с фронта домой, мечтают вернуться в окопы, потому что, как парадоксально это ни звучит, они утверждают, что «там было хорошо». Но ведь это совершенно ненормально! Нормальных людей не тянет к жизни в окопах; они терпят её из чувства долга. Они не сидят в окопе рядом с людьми, которых ненавидят, и гниющими трупами и... кайфуют!
Для чего эта война? Что будет после того, как оно закончится? Эти вопросы не поднимаются на уровне государства, общества или украинского солдата. Украинского солдата эти вопросы волнуют меньше всего.
Почему и в призывных пунктах и на фронте находится столько наркоманов и пускающих слюни идиотов? Тэцэкашники, которые бродят по украинским городам в поисках пушечного мяса, наркоманов и пускающих слюни идиотов специально не преследуют. Так почему же те, кого они ловят, таковыми оказываются? Почему в изоляторах призывных пунктов никогда не бывает бунтов? Ответ в том, что их всех накачивают наркотиками и таким образом вынуждают подчиняться.
В Польше развилась целая индустрия по производству синтетических наркотиков. Все достаточно опытные химики-синтетики в Харькове работают на американцев в центре тестирования лекарств, якобы проверяя действие антисептиков. Им платят огромные зарплаты и освобождают от службы в армии. Почему это происходит? Самым простым и рефлексивно обидным ответом было бы, что «народ Украины — кучка дебилов». Но жители Украины в большинстве своем не дебилы, хотя психопатов там предостаточно.
А вот в украинской армии — другое дело. Медицинские дебилы весьма удобны и даже ценны в виде биороботов. Они не размышляют, надежны, не предъявляют требований и имеют мало потребностей. В то же время они асоциальны, безынициативны, неспособны к самостоятельным действиям. На данном этапе психофармакология способна вызвать различные формы дебилизма, а затем поддерживать их. Украина стала прекрасной площадкой для этих социохимических экспериментов.
Протокол эксперимента следующий. Население пакуется в призывные пункты и там разделяется на три части. Часть даёт откуп, ещё часть отпускают на основании каких-то документов. Остальные вынуждены служить и распределяются следующим образом:
Здоровые образцы отправляются в специальные резервные подразделения, где они ждут, пока не поступит запрос на донорские органы. Затем они умирают, предположительно от воздушных налетов или несчастных случаев, их квалифицированно препарируют, а органы отправляют в трансплантационные клиники в Израиле и других странах.
• Нациков распределяют по штурмовым частям и заградотрядам. К ним относятся как к элите, и они расходуются только на контратаки, которые, как правило, бесполезны, но политически необходимы для того, чтобы произвести впечатление на иностранных доноров помощи.
• Остальные получают ударную дозу наркотиков и далее распределяются на три подгруппы. Первая подгруппа одурманивается, внушается, учится рефлекторным действиям и уходит на фронт. Там, под контролем нациков, они пускают слюни, жрут таблетки/пайки/воду в качестве поддерживающей терапии и оказывают сопротивление русским до тех пор, пока их не убьют или, максимум через четыре месяца, они не умирают от наркотиков. Вторая подгруппа сразу сходит с ума, и их убивают прямо на призывном пункте. Третья подгруппа отказывается от наркотиков, или не реагирует на них, и тоже погибает.
Украина несет ужасающие потери населения. Добрая четверть потерь приходится на фронт, от бомб, беспилотников и т. д. Психопаты с поврежденным мозгом, вернувшиеся с фронта (если кто-то из них выживет), не смогут производить потомство. Как стране Украине конец.