А-а-а... Действительно вариант. А я захожу через зафиксированную вкладку , и меня сразу выбрасывает на ту страницу ,на которой я завершил работу...

Северо-Крымский канал уйдет в историю: в Крыму достраивают трубопровод для водоснабжения Керчи и Феодосии
Никита Рассказов
24.11.2021, 09:43

© РИА Новости, Тарас Литвиненко / Перейти в фотобанк

Северо-Крымский канал, по которому полуостров почти полвека получал днепровскую воду из Украины, а сейчас используется для переброски воды в водохранилища, совсем скоро окажется невостребованным

В Крыму на пике работы по строительству второй части тракта водоподачи, по которому вода, минуя канал, по трубам будет подаваться потребителям восточной части полуострова.
Уже сейчас вода на восток Крыма подаётся из построенных в 2015 году на базе артезианских скважин Просторненского и Нежинского водозаборов. Производительность каждого — 75 тысяч кубометров в сутки. Система водозаборов качает воду из подземных источников глубиной почти 200 метров. По трубопроводу, введённому в эксплуатацию в первой половине этого года, вода поступает в Северо-Крымский канал, а потом расходится на Феодосию и Керченский полуостров.

Уже в 2023 году Северо-Крымский канал из схемы подачи воды будет полностью исключён. Его заменит система труб, над прокладкой которой сейчас трудится более трёхсот рабочих. Строительство тракта водоподачи от сбросов в Северо-Крымский канал до Феодосии и Керчи включает в себя пять насосных станций с резервуарами чистой воды и 154 километра трубопровода. Новая водоснабжающая ветка пройдёт практический параллельно Северо-Крымскому каналу. И будет включать в себя и Новогригорьевский водозабор, расположенный возле реки Салгир в Нижнегорском районе. Его запустили в эксплуатацию в феврале 2017-го. По мощности он чуть менее производителен, чем Просторненский и Нежинский — 45 тысяч кубов в сутки.

Таким образом, предельная мощность всего тракта водоподачи составит 195 тысяч кубометров метров в сутки. Это позволит окончательно закрыть вопрос водоснабжения восточной части Крыма и избежать потерь при её транспортировке по Северо-Крымскому каналу. По данным ГУП «Вода Крыма», при переброске воды каналом теряется до 50% объёма ценного для полуострова ресурса.

— Технологический трубопровод позволит исключить потерю воды, которая возникает во время транспортировки по Северо-Крымскому каналу. Соответственно, заменит необходимость его использования, — сообщил начальник отдела капитального строительства ГКУ РК «Инвестстрой РК» Александр Сергеев.

Строительство ведётся в два этапа, готовность по второму сейчас составляет 50%. По словам директора фирмы-подрядчика Марка Лунькова, трубопровод строится в две нитки, одна из которых резервная на случай непредвиденных ситуаций. Сейчас идет монтаж насосных станций.

— На данный момент выполнена поставка основного насосного оборудования, которое будет поддерживать давление в трубах, чтобы вода по тракту водоподачи попадала на очистные сооружения Феодосии и Керчи. Насосы приехали, их разгрузили и сейчас выполняется монтаж. Насосы будут в сутки пропускать через себя 195 тысяч кубометров воды. Это питьевые нужды Феодосии и Керчи, в том числе также Судак, Коктебель и Ленинский район, — рассказал Луньков.

Строительство тракта водоподачи в восточный Крым — один из крупнейших инвестиционных проектов на территории республики. Он строится в рамках Федеральной целевой программы. Стоимость контракта составляет около 19,6 миллиардов рублей.

Проект позволит не только отказаться от необходимости использования Северо-Крымского канала, но и обеспечит полную водную независимость полуострова. Тем более что Украина в очередной раз подтвердила, что возобновлять подачу днепровской воды Крыму не намерена ни в коем случае. Как заявила украинский вице-премьер Ирина Верещук, дамба на территории Херсонской области достроена на 90%. Это сделано для того, чтобы ни капли днепровской воды не пошло на Крым.

29.12.2021
Какие ошибки мировой политики стали очевидны в 2021 году

ФЁДОР ЛУКЬЯНОВ
Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Директор по научной работе Международного дискуссионного клуба «Валдай». Профессор-исследователь Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

В декабре 2020-го все просили у Деда Мороза одного – окончания пандемии и возвращения к привычной жизни. Год спустя уже понятно, что загадывать такое бессмысленно. Ковид стал частью социально-политического антуража. Но не как сезонный грипп, на который никто особо не обращает внимания, а как своего рода дефибриллятор, взбадривающий мировой организм всё новыми импульсами. Только эти разряды не помогают мировой системе вернуться к нормальному функционированию, а напоминают, что в прежнем понимании его уже не будет.

Разбитые мечты

Не раз уже сказано, что сама по себе пандемия не изменила международную среду. Эпидемия нового коронавируса послужила катализатором процессов, которые зрели давно, начали проявляться лет десять назад, а сейчас перешли в открытую активную фазу. К концу этого года рассуждения об общем росте напряжённости и обострении соперничества сменились предостережениями о возможности полноценной войны с участием ведущих держав – США, России, Китая.

Противоречия возникли не в одночасье, а стали плодом политики последних трёх с половиной десятилетий. Предполагалось, что эта политика необратимо изменит мир и на смену военно-стратегическому противостоянию придёт конкуренция за успех в рамках единой глобальной экономики. А поскольку ведущие страны Запада заведомо обладали преимуществом в этой сфере, будущее международной иерархии казалось ясным, а сама она – устойчивой. Мало у кого вызывало сомнения, что впереди – всеобщее поступательное развитие под присмотром Америки и её союзников.

То, что происходит сегодня, – столкновение ложных представлений о мировых процессах, надолго взявших верх после холодной войны, и реальности, которая проступает сквозь пелену информационно-пропагандистских манипуляций. И хотя иногда кажется, что манипуляции всесильны, материальная база берет своё. Основополагающие принципы отношений между государствами, известные ещё с античности, по-прежнему работают, пусть пару десятилетий назад и возникла иллюзия, что теперь всё иначе.

Своими руками

В недавнем выпуске журнала Foreign Affairs живой классик теории международных отношений Джон Миршаймер обрушился на американскую политику конца ХХ – начала XXI века, в результате которой США своими руками взрастили опаснейшего конкурента – Китай.

Либерально мыслящие демиурги были уверены, что по мере экономического подъёма и формирования в КНР многочисленного среднего класса там появится и будет усиливаться запрос на политические перемены и демократическое представительство. Соответственно, Китай станет меняться и присоединится к западному сообществу. Взяв на вооружение эту ошибочную теорию, а также руководствуясь алчностью (работа с китайскими партнёрами приносила большую выгоду американским корпорациям), Соединённые Штаты усердно помогали КНР развиваться, вместо того чтобы ещё в 1990-е начать препятствовать его росту и тормозить экономику. А когда спохватились, было уже поздно. И теперь стратегическое противостояние (вплоть до возможного военного столкновения) практически неизбежно, считает Миршаймер.

Ветеран-реалист, возможно, несколько утрирует, но факт налицо. От идеи конца нулевых годов об американо-китайском кондоминиуме по управлению миром сегодня пришли к официально провозглашённому великодержавному соперничеству, где КНР – коренной противник, а Россия – пристяжной. Ну а за 2021 г. соперничество чуть ли не приняло форму военных приготовлений. В Вашингтоне всерьёз обдумывают, что делать, если Пекин решит взять Тайвань, а Москва – Украину.

Еда с аппетитом

То, что произошло в отношениях США и России за последние тридцать лет, ещё более показательно. В том смысле, что наглядно демонстрирует, как умозрительные идеи, родившиеся в эйфорический момент, разбиваются о скучную реальность.

Глядя на события из сегодняшнего дня, кажется странным, что в начале 1990-х легко и как-то даже естественно возобладала следующая точка зрения. Мощный военно-политический альянс, только что завершивший длительное системное противостояние на грани большой войны, может практически без ограничений расширять пространство своего влияния, игнорируя возражения тех, кто не предполагается в качестве участника этого блока. В истории международных отношений подобных примеров не найти. Азбучная истина: сопротивление неизбежно возникнет, даже если (а может быть, и тем более если) основной оппонент пребывает в крайне ослабленном состоянии. Окрепнет и ответит.

Справедливости ради заметим: некоторые споры на эту тему в США тогда всё же имели место. Мол, не надо столь демонстративно тыкать русских носом в то, что их мнение никого не волнует, – давайте лучше придумаем какую-то промежуточную замену членству в НАТО, например, «Партнёрство ради мира», где и Россия может числиться. Но даже такое паллиативное решение признали нецелесообразным – зачем отрезать хвост кусочками?

Аппетит, как водится, пришёл во время еды. Во второй половине девяностых и даже в начале двухтысячных западные собеседники крутили пальцем у виска, когда российские коллеги говорили: такими темпами дойдёт и до членства Украины в НАТО. Ну и паранойя у этих русских! А уже в середине первого десятилетия нового века перспектива членства Украины и Грузии в Североатлантическом альянсе стала легитимной и общепринятой.

Здесь речь не о том, кто был прав, а кто нет в этом историческом эпизоде. Удивительно, что неизбежность коллизии на этом курсе не осознавалась либо считалась малозначительной. А ведь речь шла о взаимоотношениях с одной из двух ядерных сверхдержав. Парадоксально, но экспансия НАТО, военного блока с задачами коллективной обороны, то есть потенциальных боевых действий, рассматривалась инициаторами расширения почти исключительно в политическом разрезе (полбеды, если во внешнеполитическом, но ведь немалую роль играли и внутриполитические ситуативные соображения, например, влияние на конкретные избирательные кампании в Америке). И нарастание военных рисков, связанных с принятием стран, являющихся не донорами, а требовательными реципиентами безопасности, в расчёт практически и не бралось.

Недавно в разговоре один, как сейчас модно писать, вашингтонский инсайдер вспоминал: обстановка 1990-х и слабость тогдашней России на международной арене пагубно влияли даже на тех представителей американского истеблишмента, которые всегда придерживались реалистических и рациональных взглядов на сущность мировой политики. Они и представить себе не могли, что с Россией можно вот так разговаривать, а оказалось – очень даже можно. Ну а раз можно, значит, и нужно. Другой американский коллега, работавший тогда в Госдепартаменте, настаивает, что там искренне хотели интегрировать Россию в новую мировую систему. Но не было уверенности, что получится. И вот на случай, если это всё-таки не удастся, решили, что стоит укрепить позиции и освоить освободившиеся пространства, пока Москва не в силах противодействовать. Иными словами, смесь неких благих намерений с прагматичным желанием использовать представившуюся возможность и прибрать советское наследство.

Разрыв шаблонов

Ничего противоестественного в этом нет. Вполне в духе ожидаемого поведения великих держав на уровне рефлексов. Нетипичны не действия, а отказ признать, что с неизбежностью последует ответ. Просчёт допустили и с оценкой сроков восстановления возможностей России. В девяностые полагали, что если это и произойдёт, то совсем не скоро, слишком глубоким было падение. Опережающие темпы реабилитации России стали для Запада неприятным сюрпризом.

К настоящему времени расхождение между реальным состоянием сферы международной безопасности и её политико-идеологической упаковкой достигло фатального масштаба. Отсюда и небывалый уровень взаимного недоверия, пожалуй, худший, чем во времена холодной войны. Корни враждебности между Россией и Западом можно, конечно, легко обнаружить в далёком прошлом, благо история конфликтов насчитывает не одно столетие. Но нынешняя фаза связана с событиями весьма свежими. Последние тридцать лет оставили у обеих сторон ощущение чудовищно противного послевкусия.

Идея «общеевропейского дома», послужившая отправной точкой, при всей её утопичности задала неправомерный уровень ожиданий. Тем более что инициатором сначала выступал как раз СССР, и именно его действия («новое мышление» Михаила Горбачёва) сделали возможным всё дальнейшее. Хотел того Кремль или нет – неважно. Соответственно, когда обвальные события конца 1980-х привели к тому, что искомая «Европа без разделительных линий» обрела реальные контуры, Москва обнаружила, что эти линии не исчезают, а чертятся в новых местах. При этом Россия стремительно ослабла настолько, что на Западе решили: теперь ей уже не положено участвовать в создании нового дизайна Европы, пусть просто сживается с изменениями.

Впрочем, в самой Москве так не считали. Хаотическая Россия девяностых и немного более упорядоченная начала нулевых искала способы встроиться в либеральный порядок новой Европы, объединившейся в её исторических пределах. Ничего не вышло, поскольку даже те в западном сообществе, кто был готов рассматривать включение России, полагали, что происходить это должно на более или менее общих основаниях. Либо посредством одностороннего принятия Москвой норм и правил ЕС без права на них влиять (знаменитая формула Романо Проди «мы готовы разделить с Россией всё, кроме институтов»). Ну а другая часть просто строила политику на противопоставлении себя России и считала, что в таком же ключе должна действовать и вся объединённая Европа.

Отвратительное послевкусие

Это интереснейший период, достойный очень серьёзного изучения, хотя бы чтобы впредь не повторять ошибки. Сейчас важно то, что эффект для отношений оказался очень разрушительный – именно из-за предельно нереалистического подхода, доминировавшего изначально с обеих сторон.

Как теперь вернуться к балансу ожиданий и возможностей – вопрос крайне запутанный. И Украина – не причина, а долго зревший повод для того, чтобы весь ворох копившихся три с лишним десятилетия противоречий взметнулся вверх.

В 2021 г. пандемия перешла из острой фазы в хроническую, и окончательно стало понятно: возвращения к прежнему не будет. Закончилась экономическая и политическая глобализация, в рамках которой было возможно сочетать геополитическое соперничество и экономическое взаимодействие, а извлечению выгоды не мешало идейно-ценностное противостояние. Новая эпоха не означает тотальной фрагментации мира и его распада на части.

Но другой характер взаимосвязей возникнет после того, как обострятся и (в идеале) как-то разрешатся конфликты, на время притушенные глобализацией или, наоборот, возникшие внутри глобальной системы. Этот период полон рисков, и проблемы, касающиеся России, лишь небольшая часть тех, что имеются на мировой арене. Правда, хотим мы того или нет, всё, что связано с кем-то из «большой тройки» военно-политических грандов – США, Китаем и Россией, – будет иметь общемировой резонанс. И наступающий 2022 г. принесёт изрядное количество новых сейсмических толчков, хотя до разрушительного землетрясения, скорее всего, пока не дойдёт.

========================

Лукьянов ...    Профессор-исследователь НИУ ВШЭ    Филолух ...

Они никак не успокоятся…или с наступающим. Или о полезности амбивалентности
 7.2K 05:10 - 30/Дек/21 СмузиХ12

Нет, нет -​ не враги России и русского, и российского народов. Эти не успокоятся пока их не начнут успокаивать палкой (или битой). Об этом позже. Я об "аналитиках", пишущих во Взгляд. Мирзоян опять отличился.

Такую модель взаимодействия США при Обаме вроде как создали с Ираном (заключив ядерную сделку с Исламской республикой), однако Трамп ее развалил, отказавшись соблюдать сделку. Такую модель США при Трампе вроде как пытались создать с Северной Кореей, однако демократы и Байден не продолжили трамповскую инициативу. И теперь у США есть возможность совершить третий подход к снаряду. Успех этой попытки не только создаст эффективно работающую модель, но и позволит США высвободить ресурсы для работы на других фронтах – том же иранском, а также китайском.

Я всё понимаю, и упоминание ресурсов тоже важно, но я понять не могу, что Мирзоян понимает под "работой на других фронтах... особенно китайском". Я очень, я обеими руками ЗА ресурсный подход в том, что мы понимаем сегодня под геополитикой.  В таком случае у меня вопрос : а что подразумевается под "работой"? Если это дипломатия и попытки операций влияния (что несложно в Китае и в Иране, значительная часть городского населения которых весьма настроена про-​Западно)  - это не так дорого, и не требует каких то уж совсем огромных ресурсов. Давайте признаемся, те же пресловутые 5 миллиардов далляров, потраченные США на 404 свидетельствует не столько о размере (очень скромном) сей суммы, сколько о дешевизне Руины. Тут и особенного "высвобождения" и не требуется, США под такие дела напечатают ещё 5 или 10 лярдов. Легко. Тут не об этом идёт разговор. А вот реальное военно-​экономическое противостояние с Китаем требует высвобождения ресурсов и не каких-​то там 5-10 миллиардов, а разговор идёт на триллионы, а вот этого у США уже реально нет и не будет. Я ещё раз напоминаю эту табличку:

И спешу повторить, что уровни производства, которые были достигнуты в Китае, невозможны в США физически, а значит и невозможно соревнование в экономике в принципе ​- при всех проблемах Китая и его экономики, ну не смогут США достичь уровня производства металлов, машин, кораблей и пр. как в Китае. От слова совсем, хоть высвобождай, хоть не высвобождай эти ресурсы и сколько денег не печатай. Ну не осилят (в смысле ниасилят), как ни старайся. Размер имеет значение. Физический, а сколько там резанной напечатают и нулей введут в компьютеры ФРС-​-ну это для дурачков из секты Маска. Но тут есть ещё, самый главный, момент. Я на этом моменте сделал, уж простите за нескромность, себе карьеру писателя, когда уже очень давно начал говорить о том, что США проиграли гонку вооружений. А вот это, эта гонка, она требует таких ресурсов, что мама-​не горюй.

И вот тут то и наступает самый главный момент. Где у нас Китай на сегодня, в каком Де Факто военно-​политическом блоке, который того и гляди в Де Юре и оформится? Правильно, Китай у нас в военно-​политическом блоке с Россией. А США проиграли гонку вооружений не Китаю (Китаю до подводных сил ВМС США ещё очень-​очень далеко), они её проиграли России и проиграли с треском и отсюда все дрыгания по поводу 404 и Донбаса, изобретение всяких несуществующих планов нападения на 404, истерики в медиа, суета на Капитолийском Холме и пр. И вот тут Россия сыграла блестяще. Амбивалетно. Ну старый добрый русский стиль: 

-Ты чего можешь?

-Могу копать.

-А ещё чего можешь?

-Могу не копать.

Это простейшая, даже примитивная, амбивалентность. Вот и Россия также ​- ну не хотим нападать на 404, ну не хотим, но в принципе можем. И ведь действительно, если захочет, то сможет. И США об этом прекрасно осведомлены, и эта не та позиция, которую они хотели бы занимать, потому, что в том, что в другом случае у США реальных выгод нет. Решит Россия "напасть", ну ладно ​- пойдёт истерика в медиа, ЕС по стойке смирно поставят (да он и сам бы рад), но ведь после истерики (а соломку уже стелят) наступает тяжёлое похмелье осознания колоссальных репутационных потерь. Ну да, ну ясно, русские агрессоры и прочее. Да только не ждите смены общественного мнения в той же Европе -​ нас там по-​прежнему ненавидит большинство и так. Так что главное, чтобы они платили по счетам за услуги, а ненавидит ли, например, меня, как русского человека, 85% немцев вместо 78%, мне лично абсолютно фиолетово. Не знаю как вам.

С другой стороны, если Россия не нападает ​- тут тоже плохо. В тех США уровень доверия основным СМИ сейчас ниже плинтуса. В CNN погромы вообще начались. И всё это только цветочки, потому что ягодки в том, что впервые США не только отстали, ​а некоторые отставания уже невозможно закрыть ​- в технологии войны, но уже нет и ресурсов, чтобы это отставание закрыть. Я пример "Финкантиери" и как США пытались стоить фрегаты, по-​моему, уже приводил. Сошлись на итальянском дизайне европейского развития FREMMа, который будут строить в Висконсине.

Глядя на его вооружение, становится понятным, почему США проиграли гонку вооружений. А именно это: 16 NSM weapon systems, что есть милая тёплая ламповая Naval Strike Missile с её "страшной" дозвуковой скоростью. Всё та же музычка. И это только один пример из сотен. И это всё на фоне России, выкатывающей один за другим новейшие образцы военной технологии, от которой в НАТО начинается икота. И это выкатывание идёт непрерывно в ВС России, уже достигшими статуса не только новейших ВС в мире, но и самых мощных. Я не буду сейчас вдаваться во все нюансы тактики и операций, но с С-500 уже на боевом дежурстве, любое его появление на западных границах России означает только одно : потеря НАТО своих Е-3 Сентри, а с этим и потеря "зрения" их ВВС. А без ВВС воевать они не умеют. От слова совсем. И всё это, на минуточку, на фоне вот этой самой амбивалентности России, которая вроде как и заявляет что не надо ей нападать на 404, но вдруг она возьмёт и передумает? Жалко мне этих ребят из Объединённого Комитета Начальников Штабов. Всю жизнь они планировали избиение и избивали таки всяких слабаков, а тут такая ситуация: абсолютно ничего не понятно, потому что находиться в состоянии тревожного ожидания - прилетит или не прилетит - это очень, очень неприятно. Мало ли что там в Кремле с его амбивалентностью, с его загадочностью могут решить в конечном итоге. И самое страшное для них-​-это то, что в любом случае ничего поделать они не смогут.  В Кремле же смеются и открывают шампанское.

Меня часто всякие интернетные "аналитики" упрекают в "шапкозакидательстве"  - ну это у них от неграмотности и неспособности даже приближённо рассмотреть и рассчитать операцию, но вот что я откровенно признаю за собой, это то чувство восхищения, почти детского, которое посещало всегда в Севастополе в начале 1970-ых на Военно-​Морских парадах и когда уже курсантом стоял на борту Киева, глядя на Северную Бухту, забитую кораблями. От неё дышало мощью. Неожиданно это чувство вернулось. Причём, когда понимаешь реальный разрыв в технологиях, куда там той мощи 1970-ых и 80-ых, тут совершенно иное, иное качество и если тогда СССР только сравнивался, сегодня совершён отрыв с таким преимуществом, что его ещё надо осознать до конца. Сегодня надрываться приходится объединённому Западу и, глядя на США, нет никакой уверенности в том, что они сравняются. Точнее есть уверенность, что у них не получится. 

И вот на этой "шапкозакидательской" ноте позвольте пожелать всем наступающего 2022 года и чтоб он был лучше во всех смыслах для всех вас, и был мирным (относительно), а там уж по деталям сами себе пожелаете чего хотите, и пусть оно сбудется.

В целом итогами 2021 года удовлетворён.

ЦИФРОВАЯ ЭКОНОМИКА САЖАЕТ МИР НА МЕЛЬ
Цифровые инструменты последние годы применялись бездумно – ни цели, ни методы, ни прогнозы не стали сколько-нибудь полезны даже экономически развитым странам
Ангелина Потеряйко
30 декабря 2021  09:45

Цифровая трансформация экономики идет уже почти десять лет: собираются океаны больших данных, строятся прогнозные модели, снижается роль и значение человека в экономических отношениях, запускаются новые, все более совершенные алгоритмы. Но это не спасает мир от экономического беспорядка. Судя по их декларациям о цифровом лидерстве, инициаторами и наиболее успешными адептами цифрового капитализма являются США, Китай и ЕС. Не добившись каких-либо видимых успехов своих моделей у себя дома, эти государства экспортируют их в развивающиеся страны, чтобы «держать на цифровом крючке» чужую экономику.

Все чаще слышатся голоса мировых лидеров о том, что капитализм не в состоянии создать бескризисную и устойчивую модель управления экономикой. С критикой капитализма в 2019 году выступил президент Франции Эммануэль Макрон. В октябре 2021 года президент РФ Владимир Путин заявил, что капитализм исчерпал себя.

На место капиталистическому цифровому хаосу, усиливающемуся пандемией, должен прийти альтернативный цифровой порядок. Но какой? Как использовать, например, сеть Интернет, чтобы она служила интересам граждан, а не доминирующим политическим и экономическим интересам? Очевидно, что и у тех, кому принадлежит власть, и у тех, кто этой власти подчиняется, сформировался спрос на новые формы управления, отличные от форм тотального контроля и принуждения.

Признаками такого интереса являются новые мероприятия, проводимые в рамках улучшения регулирования цифровой экономики в разных странах и межгосударственных объединениях.

ОЭСР борется с международным налоговым арбитражем — популярная практика среди американских крупных технологических компаний. США пытаются регулировать чрезмерное влияние цифровых платформ на рынки. Китайское правительство ввело новый Закон о защите личной информации и запустило антимонопольную кампанию по контролю над быстрорастущим цифровым рынком страны. Европейский союз, опираясь на Общее положение о защите данных, разработал более широкое, основанное на этике, видение управления данными, цифровыми рынками и искусственным интеллектом.

Регулирующие и управляющие органы во многих странах мира рассматривают вопрос о том, как управлять технологиями, использующими ИИ и большие данные, и создать общие мировые стандарты по их регулированию.

Но в условиях стагнирующего капитализма, захлебнувшегося в кредитном потреблении, перепроизводстве и стремлении повысить норму прибыли любыми способами, ни одной стране не суждено достичь цифрового экономического лидерства. Снижение издержек переменного капитала через замену живого человеческого труда машинами, создание тоталитарной системы наблюдения и социального контроля, не решит главной проблемы всех экономических кризисов, привыкших заканчиваться войной, — диспропорциональности экономического развития.

Итогом цифровизации экономики стали результаты, противоположные заявленным: падение ВВП ведущих экономик мира, рост инфляции, высокий уровень банкротств компаний. В условиях диктатуры технологии и искусственного ускоренного перехода к новому, цифровому укладу обостряются такие негативные социальные явления, как безработица, снижение доходов населения.

Это подтверждает совместный опрос «Ромир» и Gallup International, в котором приняло участие около 17 тыс. человек в 18 странах мира. 37% опрошенных заявили, что в 2020 году серьезно потеряли в доходах, а 15% признались, что остались без работы.

IT-индустрия призвана обслуживать остальные отрасли промышленности, автоматизировать и роботизировать их, ускоряя оборот денег и товаров, повышая качество последних, одновременно увеличивая прибыль, в том числе за счет оптимизации использования ресурсов. Но темпы роста прибыли высокотехнологичных компаний выше, чем во всех остальных отраслях. Транснациональные IT-корпорации поглощают торговлю, сферу услуг и меняют свою первоначальную форму, цель и продукт. Остался один небольшой шаг — пересмотреть Ямайскую валютную систему (она уже может называться морально устаревшей), и IT-гиганты доберутся до своих идеологов — банков и финансовых корпораций.

Как жить огромной массе людей в условиях, при которых суверенитет страны нарушается под влиянием внешних экономических факторов, не действуют договоренности между властью и населением, а сами институты власти передают свои функции частному бизнесу?

Такие судьбоносные решения принимают те, кто находится в капитанской рубке корабля под названием «мировая экономика». Сегодня они предложили миру инклюзивный капитализм и зеленое устойчивое развитие — два глобальных проекта, направленные на сохранение статус-кво мирового финансового олигархата. Но остальное население Земли ждёт очередного Ренессанса — поворота модели управления экономикой лицом к Человеку.

У России есть все возможности встать на капитанский мостик с гордо поднятой головой — ресурсы, опыт, научно обоснованная модель. * ) Надо торопиться, пока корабль не сел на мель.

=============================

*)  https://regnum.ru/news/polit/3412813.html

Елена Ведута

Глобальный проект России «Кибернетическое планирование экономики»

1 ноября 2021

Пандемия знаменовала ускорение запуска мировой инфляции и цифровой трансформации мирового сообщества. Несмотря на заявленную Давосским форумом стратегию «перезагрузки капитализма» с развитием многосторонних отношений, западные государства стали рассматривать глобальную координацию в форме торговли как источник высоких рисков. По их мнению, для снижения рисков в глобальных цепочках добавленной стоимости нужна альтернатива «ближе к дому» с организацией новых моделей развития национальных экономик
***

1. Западные и Восточные глобальные проекты нового мирового порядка

Сегодня, как и в конце 20-х — начале 30-х годов прошлого века, создаются новые межгосударственные блоки в надежде на выживание в условиях углубляющегося глобального кризиса и формирования нового мирового порядка. Создан военный блок США, Великобритании и Австралии (AUKUS), нацеленный на установление своего миропорядка. С этой же целью разрабатываются глобальные проекты: западные «Инклюзивный капитализм», «Зеленый курс», «Индустрия-4.0» и китайский «Один пояс, один путь». ЕС надеется реализовать «зеленый» курс, сбросив бремя борьбы с глобальным потеплением на Россию и развивающиеся страны с помощью трансграничного углеродного регулирования, захвата рынков низкоуглеродных технологий с помощью спекулятивных инструментов «устойчивого» финансирования. Китай, реализуя глобальный проект «Один пояс, один путь», также стремится установить свой новый мировой и финансовый порядок посредством экспансии. Для всех этих проектов характерно отсутствие экономического механизма, обеспечивающего рост реальных доходов граждан. Единственным проектом, в котором предусматривалось решение экономических задач страны за счет внутренних ресурсов, был проект «СССР» с плановой экономикой.

Несмотря на все трудности перестройки, Россия, являясь преемником СССР как весомого «игрока» в формировании мирового порядка в XX веке, должна сохранить свое лидерство в будущем мировом порядке, базируясь на своем уникальном опыте планирования национальной экономики. Решение задачи, поставленной президентом РФ, о выходе России на магистраль социально-экономического развития и построении реального социального государства на базе стратегического планирования экономики с использованием достижений цифровой революции и составит основу глобального проекта России — реального шанса мировой цивилизации на выход из глобального кризиса без катастрофы и на достижение будущего благополучия.

2. Глобальный проект «СССР» с ручным планированием экономики

Основы планового опыта были заложены вместе с разработкой плана ГОЭЛРО и его практической реализацией. Постепенно нарабатывая плановый опыт в период НЭП, в 1927 году, в преддверии глобального кризиса, охватившего мир, страна берет курс на индустриализацию с составлением перспективных планов методом последовательных приближений (итераций), позволяющим согласовать плановые расчеты «затраты—выпуск» всех звеньев системы управления для достижения целей развития «корпорации» СССР.

По сути, родилась идея живого кибернетического планирования экономики с обратной связью от производителей с корректировками государственных заказов в зависимости от возможностей их выполнения производителями. Расчеты продолжались до тех пор, пока не будет получен сбалансированный план «затраты—выпуск» в пределах заданной точности расчетов. В результате расчетов определялось распределение производственных инвестиций, обеспечивающее выстраивание производственных цепочек для выполнения заданий по выпуску ключевых отраслей. После этого заключались договора между предприятиями, и план превращался в директиву. Поскольку могла измениться экономическая ситуация, и плановая информация могла быть ошибочной, то применялся принцип скользящего планирования для своевременной корректировки ранее составленного плана (корректировки в режиме online).

Секрет «экономического чуда» СССР, страны-победителя во Второй мировой войне и ставшей после войны страной, определяющей вектор развития биполярного мира, объясняется высоким качеством планирования экономики методом последовательных приближений и высочайшей степенью согласованности принципов структурной, кредитной, налоговой и других реформ, подчиненных повышению точности составления плана и практической его реализации.

3. Глобальный проект «Россия» с кибернетическим планированием экономики

Продолжение курса индустриализации после восстановления экономики к 1950-м годам вело к диспропорциональности экономики. Рост объемов производства и усложнение производственных взаимосвязей требовали перехода от ручного планирования к кибернетическому, являющегося основой автоматизации управления экономикой для обеспечения движения экономики в направлении роста реальных доходов. Отключение обратной связи цен равновесия потребительского рынка от планирования экономики вело к снижению реальной платежеспособности рубля.

В 1950-х годах потребовалась автоматизация управления экономикой. Именно здесь решалась судьба «холодной» войны, что понимали в СССР и США. Однако создание множества конкурирующих институтов за получение денег от центра, привело их к отрыву от практических нужд Госплана СССР в кибернетическом планировании экономики.

Задача кибернетического планирования экономики стала ещё более актуальной для современной России. Для её решения имеется динамическая модель межотраслевого баланса (МОБ), представляющая собой систему математических алгоритмов плановых расчетов «затраты—выпуск», разработанных методом последовательных приближений, для обеспечения движения экономики от того, где она есть, в направлении роста реальных доходов граждан.

Кибернетическое планирование экономики на основе динамической модели МОБ, координирующее деятельность всех министерств и ведомств в направлении роста реальных доходов граждан, есть единственный вариант мирного выхода для всех стран из нынешнего глобального кризиса. Оно объективно сделает Россию драйвером перехода цивилизации к будущему благополучию. В этом и есть суть глобального проекта России «Кибернетическое планирование экономики».

На Украине предложили мобилизовать детей в случае «нападения Путина»
29.12.2021 - 8:00

Украинский аналитик Александр Кочетков в статье для издания «Главред» назвал целесообразной мобилизацию детей в случае крупного вооруженного конфликта, в том числе с Россией.

Автор публикации увидел позитивный момент в решении президента Украины Владимира Зеленского поставить женщин на воинский учет, поскольку, по его мнению, это позволит поставить под ружье большее число военнослужащих.

«И неважно, каких — мужчин, женщин или подростков, — главное, чтобы стреляли из автоматов и другого оружия примерно в сторону противника. При массовой стрельбе сработает теория вероятностей, и пули со снарядами цель найдут», — высказался Кочетков.

Обозреватель пояснил, что считает современную войну «статистикой больших чисел», уточнив, что предложенная им мера поможет «увеличить вероятные потери противника».

«Это для спецопераций имеет значение уровень подготовки исполнителей», — заключил аналитик.

Ранее на Украине вступил в силу новый приказ Минобороны. В нем утвердили перечень отраслей и профессий для женщин, подлежащих воинскому учету. Список содержит 35 профессиональных направлений, каждое из которых, по сути, представляет десятки отдельных специальностей хозяйственной деятельности. Речь идет о сотнях тысяч украинок.